1
Роль усиления липопероксидации в патогенезе пролапса тазовых органов у женщин
Авторы
Г. О. Гречканев, Т. В. Котова, Т. М. Мотовилова [и др.]
Цель исследования — определить состояние перекисного окисления липидов и антиоксидантной системы защиты у больных с пролапсом тазовых органов.
Материал и методы. Были обследованы 60 женщин, средний возраст которых составил 46,0±1,5 года. В 1-ю группу (контрольную) включили 30 женщин без соматической или гинекологической патологии. Во 2-ю группу вошли 30 пациенток с диагнозом «опущение матки и стенок влагалища I—II степени». У всех пациенток определяли интенсивность липопероксидации методом индуцированной хемилюминесценции сыворотки крови, проводили измерение количества первичных (диеновых конъюгатов) и конечных (оснований Шиффа) молекулярных продуктов перекисного окисления липидов, определение активности ферментов супероксиддисмутазы и каталазы в крови.
Результаты. У больных с опущением матки и стенок влагалища уровень Imax оказался выше, чем у здоровых, в 1,75 раза, показатель S — в 1,79 раза, tg 2α — в 1,65 раза (p<0,05 во всех случаях). Показатели диеновых конъюгатов и оснований Шиффа во 2-й группе обследованных превысили соответствующие показатели контрольной группы в 2 раза (p<0,05 в обоих случаях). При наличии пролапса у больных активность каталазы оказалась в 1,26 раза, а супероксиддисмутазы — в 1,29 раза ниже, чем у здоровых женщин (p<0,05 в обоих случаях).
Заключение. Антиоксидантная недостаточность и перекисный стресс являются факторами патогенеза пролапса тазовых органов на системном уровне, что создает патогенетические предпосылки для включения экзогенных антиоксидантов или средств, стимулирующих эндогенную антиоксидантную систему защиты, в комплекс лечебно-профилактических мероприятий у данной группы пациенток.
Введение
Чpезмеpное обpазование cвободныx pадикалов способствует повpеждению разнообразных биомолекул — от форменных элементов крови до клеток тканей и органов [1], что может привести к функциональным расстройствам и органическим повреждениям. Доказано, что усиленная липопероксидация является патогенетическим фактором более 200 разноплановых заболеваний и патологичеcкиx cоcтояний, cpеди котоpыx каpдиомиопатии, атеpоcклеpоз, ишемичеcкая болезнь cеpдца, гепатиты, язвы желудка и двенадцатипеpcтной кишки, болезни Паpкинcона, Альцгеймеpа, эпилепcия, шизофpения и т.д. [2—5]. Не является исключением и патология женской репродуктивной системы [6—11]. Особую роль играет окислительный стресс в патологических процессах, связанных со старением и возрастной утратой органами морфофункциональных характеристик [12].
Цель работы — определить состояние перекисного окисления липидов (ПОЛ) и антиоксидантной системы защиты (АОСЗ) у больных с пролапсом тазовых органов.
Материал и методы
Были обследованы 60 женщин в возрасте от 42 до 48 лет (средний возраст 46,0±1,5 года), которые были разделены на две группы: 1-ю группу (контрольную) составили 30 женщин без соматической или гинекологической патологии; во 2-ю группу (основную) вошли 30 пациенток с диагнозом «опущение матки и стенок влагалища I—II степени».
Помимо общепринятых физикальных, инструментальных и лабораторных исследований, проводилось изучение состояния ПОЛ и АОСЗ крови.
Состояние системы прооксиданты—антиоксиданты оценивали одновременно по трем направлениям. Метод индуцированной хемилюминесценции сыворотки крови использовали для выявления и оценки интенсивности перекисного стресса по показателям максимальной интенсивности свечения (I max, мВ/с), светосуммы (S, мВ/с), показателю, характеризующему скорость спада интенсивности перекисного окисления липидов (tg2ά), в работе использовали биохемилюминометр БХЛ-06.
Вторым направлением исследования было измерение количества первичных (диеновых конъюгатов — ДК) и конечных (оснований Шиффа — ОШ) молекулярных продуктов липопероксидации. Содержание ДК определяли в метанол-гексановой липидной фракции (5:1) при длине волны поглощения 233 нм. Количество ОШ анализировали с помощью флуориметра при длине волны возбуждения 365 нм и длине волны эмиссии 420 нм. Содержание общих липидов в сыворотке крови определяли при помощи диагностических наборов Lachema.
Третьим направлением работы была детализация состояния антиоксидантной системы защиты по уровням активности ферментов каталазы и супероксиддисмутазы (СОД) в крови. Активность каталазы определяли спектрофотометрически по убыли перекиси водорода в среде, СОД — в тесте с нитросиним тетразолием; единицы измерения ед/гНb/мин.
Статистическая обработка данных клинических и лабораторных исследований проводилась методами вариационной статистики с использованием пакета МЕДСТ, программы Статистика 6.0. Достоверность различия признаков устанавливали с помощью t-критерия Стъюдента, за достоверными признавали различия при p<0,05.
Результаты и обсуждение
Изучение интенсивности ПОЛ методом индуцированной хемилюминесценции позволило выявить (таблица), что биохемилюминометрические показатели, молекулярные продукты перекисного окисления липидов и антиоксидантные ферменты отличались в группах наблюдения. У больных с опущением матки и стенок влагалища (2-я группа) уровень Imax оказался выше, чем у здоровых в 1,75 раза, показатель S — в 1,79 раза, tg2α — в 1,65 раза (p<0,05 во всех случаях). Таким образом, скрининговый метод обнаружения избыточного перекисного окисления липидов выявил неблагополучие у пациенток с минимальными проявлениями пролапса гениталий, что свидетельствует о системном перекисном стрессе в организме [2].
Полученные данные нашли подтверждение при использовании более точного метода детекции перекисного стресса — измерения уровней молекулярных продуктов ПОЛ. Так, уровни ДК, как и ОШ у пациенток основной группы обследованных превысили соответствующие показатели у пациенток контрольной группы в 2 раза (p<0,05).
Для выяснения условий, способствующих неконтролируемой генерации активных форм кислорода, оценили состояние АОСЗ по двум ее ключевым ферментам. При наличии пролапса у больных активность каталазы оказалась в 1,26 раза, а СОД — в 1,29 раза ниже, чем у здоровых женщин (p<0,05 в обоих случаях) (см. таблицу и рисунок, а, б), что создает условия для развертывания оксидантного стресса в организме.
Полученные нами данные нашли косвенное подтверждение в зарубежной литературе последних лет. Китайские ученые [13] исследовали роль окислительного стресса в метаболизме коллагена в фибробластах крестцово-маточной связки женщин с пролапсом, подвергшихся гистерэктомии. Результаты показали, что уровни экспрессии окислительных биомаркеров 8-гидроксигуанозина (8-OHdG) и 4-гидроксиноненала (4-HNE) в группе с пролапсом были значительно выше, чем в контрольной группе (женщины без пролапса), что подтверждает ранее полученные данные [14]. В этом исследовании также определяли уровни экспрессии коллагена типа 1, α1 (COL1A1), матриксной металлопротеиназы-2 (MMP2), тканевого ингибитора металлопротеиназы-2 (TIMP2) и трансформирующего фактора роста β1 (TGFβ1 ) с помощью вестерн-блоттинга и анализа количественной полимеразной цепной реакции с обратной транскрипцией. Оказалось, что уровни экспрессии MMP2 у пациенток с пролапсом выше, а TIMP2 и TGFβ1 ниже, чем в контрольной группе. Тем самым авторы выяснили механизм реализации влияния окислительного стресса через усиление экспрессии матриксной ММР2 как ключевой протеиназы, ответственной за деградацию коллагена [15].
Таким образом, благодаря полученным нами результатам было выявлено нарушение состояния ПОЛ и АОСЗ у больных с пролапсом тазовых органов, что дополняет картину патогенеза данного распространенного заболевания [16] и может служить основой для нового направления в его профилактике и лечении таких пациенток.
Заключение
Антиоксидантная недостаточность и перекисный стресс являются факторами патогенеза пролапса тазовых органов не только на органном (связочный аппарат), но и на системном уровне.
Существуют патогенетические предпосылки для включения экзогенных антиоксидантов или средств, стимулирующих эндогенную антиоксидантную систему защиты, в комплекс лечебно-профилактических мероприятий у пациенток с пролапсом тазовых органов начальных стадий.
ЛИТЕРАТУРА
1. Меньщикова Е.Б., Зенков Н.К., Ланкин В.З., Бондарь И.А., Труфакин В.А. Окислительный стресс: Патологические состояния и заболевания. Новосибирск: АРТА; 2008. Men’shchikova EB, Zenkov NK, Lankin VZ, Bondar’ IА, Trufakin VА. Oxidative stress: Pathological conditions and diseases. Novosibirsk: АRTА; 2008. (In Russ.).
2. Созарукова М.М., Полимова А.М., Проскурнина Е.В., Владимиров Ю.А. Изменения в кинетике хемилюминесценции плазмы как мера системного окислительного стресса в организме человека. Биофизика. 2016;61:2:337-344. Sozarukova MM, Polimova АM, Proskurnina EV, Vladimirov YuА. Changes in plasma chemiluminescence kinetics as a measure of systemic oxidative stress in the human body. Biofizika. 2016;61:2:337- 344. (In Russ.).
3. Kattoor AJ, Pothineni NVK, Palagiri D, Mehta JL. Oxidative Stress in Atherosclerosis. Curr Atheroscler Rep. 2017;19:11:42. https://doi.org/10.1007/s11883-017-0678-6
4. Chen Z, Zhong C. Oxidative stress in Alzheimer’s disease. Neurosci Bull. 2014;2:271-281. https://doi.org/10.1007/s12264-013-1423-y
5. Takahashi K, Okumura H, Guo R, Naruse K. Effect of Oxidative Stress on Cardiovascular System in Response to Gravity. Int J Mol Sci. 2017;18:7:1426. https://doi.org/10.3390/ijms18071426
6. Кузнецова И.В. Роль окислительного стресса и антиоксидантной защиты в репродукции человека. Акушерство и гинекология. 2016;3:116-121. Kuznetsova IV. The role of oxidative stress and antioxidant protection in human reproduction. Аkusherstvo i ginekologiya. 2016;3:116- 121. (In Russ.).
7. Гречканев Г.О., Мотовилова Т.М., Гаревская Ю.А. Антиоксидантная терапия — важнейший компонент патогенетического лечения воспалительных заболеваний. Врач. 2015;3:54-58.Grechkanev GO, Motovilova TM, Garevskaya YuА. Antioxidant therapy is the most important component of pathogenetic treatment of inflammatory diseases. Vrach. 2015;3:54-58. (In Russ.).
8. Лысенко М.А., Дубинина В.Г. Уровни некоторых сывороточных неферментных антиоксидантов у пациенток с эпителиальными цистаденомами яичников. Здоровье женщины. 2016;4:110:121-123. Lysenko MА, Dubinina VG. Levels of some serum non-enzymatic antioxidants in patients with ovarian epithelial cystadenomas. Zdorov’e zhenshchiny. 2016;4:110:121-123. (In Russ.).
9. Лысенко М.А., Дубинина В.Г., Носенко Е.Н. Окислительная дизрегуляция у женщин репродуктивного возраста с эпителиальными цистаденомами яичников. Современные проблемы науки и образования. 2016;2:77. Lysenko MА, Dubinina VG, Nosenko EN. Oxidative dysregulation in women of reproductive age with ovarian epithelial cystadenomas. Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya. 2016;2:77. (In Russ.).
10. Гречканев Г.О., Мотовилова Т.М., Никишов Н.Н., Ходосова Т.Г., Клементе Апумайта Х.М., Журина И.Е., Гагаева Ю.А., Вотинцева В.О., Хамидова А.Р. Роль перекисного стресса в патогенезе хронического эндометрита и возможности его коррекции. Медицинский альманах. 2018;52:1:133-137. Grechkanev GO, Motovilova TM, Nikishov NN, Khodosova TG, Klemente Аpumaita KhM, Zhurina IE, Gagaeva YuА, Votintseva VO, Khamidova АR. The role of peroxide stress in the pathogenesis of chronic endometritis and the possibility of its correction. Meditsinskii al’manakh. 2018;52:1:133-137. (In Russ.).
11. Никишов Н.Н., Клементе А.Х.М., Журина И.Ю., Гагаева Ю.А., Хамидова А.Р. Нарушения в балансе перекисного окисления липидов и антирадикальной системы защиты у больных с трубно-перитонеальным бесплодием. Биорадикалы и антиоксиданты. 2017;4:4:47-50. Nikishov NN, Klemente АKhM, Zhurina IYu, Gagaeva YuА, Khamidova АR. Disorders in the balance of lipid peroxidation and antiradical protection system in patients with tubal-peritoneal infertility. Bioradikaly i antioksidanty. 2017;4:4:47-50. (In Russ.).
12. Cabello-Verrugio C, Simon F, Trollet C, Santibañez JF. Oxidative stress in disease and aging: mechanisms and therapies. Oxid Med Cell Longev. 2017;4310469. https://doi.org/10.1155/2017/4310469
13. Liu C, Yang Q, Fang G, Li BS, Wu DB, Guo WJ, Hong SS, Hong L. Collagen metabolic disorder induced by oxidative stress in human uterosacral ligament derived fibroblasts: A possible pathophysiological mechanism in pelvic organ prolapse. Mol Med Rep. 2016;13:4:2999-3008. https://doi.org/10.3892/mmr.2016.4919
14. Ewies A, Elshafie M. High isoprostane level in cardinal ligamentderived fibroblasts and urine sample of women with uterine prolapse. BJOG. 2009;116:126-127. https://doi.org/10.1111/j.1471-0528.2008.02012.x
15. Hinz B. The extracellular matrix and transforming growth factorbeta1: Tale of a strained relationship. Matrix Biol. 2015;47:54-65. https://doi.org/10.1016/j.matbio.2015.05.006
16. Буянова С.Н., Щукина Н.А., Зубова Е.С., Сибряева В.А., Рижинашвили И.Д. Пролапс гениталий. Российский вестник акушера-гинеколога. 2017;17:1:37-45. Buyanova SN, Shchukina NA, Zubova ES, Sibryaeva VA, Rizhinashvili ID. Genital prolapse. Rossiiskii vestnik akushera-ginekologa. 2017;17:1:37-45. (In Russ.).
